С 1760-х годов от Невы вплоть до Фонтанки предписывалось строить только кирпичные дома. Застройка улиц велась отныне «одним сплошным фасадом», то есть сомкнутым фронтом зданий. Этот принцип, господствовавший до начала XX века, привел к превращению улиц в «коридоры» и к изоляции внутриквартальных территорий с их замкнутыми дворами. Высота домов возросла до трех-четырех этажей, постепенно получили распространение многоквартирные доходные дома. Этот новый, а впоследствии — основной тип жилых зданий вытеснял из центральной зоны особняки и усадьбы. Дворцы теперь тоже ставились по линиям улиц (а не в глубине участка по французскому определению: «дом между двором и садом»). Начался вывод промышленных комплексов на периферию города.

Менялся облик рек: в 1760-х годах развернулось сооружение гранитных набережных левого берега Невы, следом — малых водных протоков. Естественный камень стали внедрять в облицовку фасадов. Это нововведение осуществил А. Ринальди, архитектор из Италии. Гранит доставляли в столицу по воде из Карелии и Финляндии, с берегов и островов Ладожского озера. В Карелии добывали также мрамор. Иногда применялся пудостский камень, месторождения которого находились недалеко от Гатчины. Еще раньше для облицовки цоколей здания стали употреблять пути-ловскую плиту, которую разрабатывали вблизи Ладожского озера и притоков Невы. И все же каменные фасады в Петербурге — редкость. Город оставался кирпично-штукатурным, а на окраинах — деревянным.

В течение нескольких десятилетий генеральный план 1760-х годов сохранял определяющее значение. Закрепленный им планировочный каркас наполнялся новыми ансамблями и монументальными зданиями. Созданный на исходе XVIII века крупный комплекс Михайловского замка (В. Бренна, В.И. Баженов) предвосхитил наивысший подъем ансамблевого искусства в первой трети XIX века. Возведение А.Н. Воронихиным Казанского собора с прилегающей площадью отмечено новым подходом к активному преобразованию городского пространства. Исключительно важным для столицы стал ансамбль Биржи на Стрелке Васильевского острова — творение Ж.Ф. Тома де Томона. Он сфокусировал среднюю ось невской акватории и взял на себя роль центрального звена основного водного пространства Невы — главной «площади» города.

Стрелка Васильевского острова

Адмиралтейство, кардинально перестроенное А.Д. Захаровым в мощных торжественных формах, послужило ядром нового грандиозного ансамбля центральных площадей. Окружавшие его укрепления были срыты, и на освободившемся месте образована целостная система слитых друг с другом площадей, частично раскрытых на Неву. Поражает их пространственный размах: общая длина Дворцовой, Адмиралтейской и Исаакиевской площадей достигает 1100 метров, а глубина Сенатской и Исаакиевской — 800. Кажется, будто сама Нева приучила петербургских градостроителей к такому простору. Именно здесь окончательно закрепился вплоть до советского времени не только общегородской, но и общероссийский административно-государственный центр. К императорскому Зимнему дворцу и высшим морским учреждениям, размещенным в Адмиралтействе, добавились здания Главного штаба и министерств, Сената и Синода, Штаба гвардии. Дворцовая площадь превратилась в петербургский форум, что подчеркивалось триумфальной аркой Главного штаба и поставленной в центре Александровской колонной. Значение кафедрального храма столицы получил новый Исаакиевский собор — самая мощная доминанта левобережья. Решающий вклад в завершение ансамбля центральных площадей внесли К.И. Росси и О. Монферран.

Великий градостроитель, Росси сформировал либо закончил целый ряд ансамблей. Создание самых значительных из них (ан-


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒